Дверь скрипнула, впуская внутрь помещения невысокого подростка. Девушка, хотя тут больше подходит девочка, вошла внутрь, громко топая своими ногами, что вызывало немало удивления у всех, кто её не только слышал, но и видел - все таки она не двухметровый мужик в доспехах, чтобы с таким грохотом ходить по таверне. Внешний вид её тоже не мог не вызывать интерес: кожаное пальто, обтягивающие брюки, куча гаек на проволоке как ожерелье и совсем чудное украшение на шее. Протопав до стойки, она глубоко вдохнула и выдохнула:
- Дайте мне пива!
- Мы не даем детям пиво.
- Я не ребенок! Мне уже почти 25!
- Нет.
- Тогда дай молока...
Получив требуемое (ну почти требуемое), она отпила немного и огляделась по сторонам. И завопила звонким голосом:
- ШМЫГА! Ты здесь!? Ик!
Икота напала неожиданно, подло и именно когда она пыталась выпить ещё. Немного молока выплеснулось на стойку, но основная оказалась на одежде.
- Мокро!
Однако, через пару секунд следы молока на одежде исчезли, как будто и не было ничего. Утеревшись, она допила молоко, попросила еще и осталась сидеть там дальше, болтая ножками и иногда оглядываясь в поисках будущего помощника.

Минарина и Веллиор.

Сидя и попивая молоко, Минарина вновь выпалила (без особой надежды на ответ): "Шмыга! ТЫ где?!" неожиданно уткнулась взглядом в приближавшегося мужика. Здоровый, накачанный и с мечом, он мало подходил под то представление, что навоображала себе девушка
"Это и есть Шмыга?!"
Первой мыслью была паника. Потом страх. Потом ненависть. Ярость. И вновь страх. Она с трудом взяла себя в руки и попыталась принять спокойный вид, что вышло у неё не очень то и хорошо.
"Ч-человек... Ненавижу... Но почему он такой жуткий??"
-Э-это ты Шмыга, да-а?
Медленно, но верно страх окутал её, заставляя заикаться во время общения. Даже присутствие Альфредо не успокаивало её полностью.
- Я не Шмыга. Я Веллиор, и не кипи, выкипишь. Тебе точно 25 лет?
Веллиор осмотрелся по сторонам и уселся напротив девушки.
- Ааа... Мне вообще то 24...
Девушка уткнулась в стакан, чтобы хотя бы не видеть его. Присутствие человека рядом вызывало сразу и ненависть, и страх. Всё таки страх преобладал куда больше. Занервничав еще больше, она выпила сразу весь стакан и закашлялась. от попытки сразу все проглотить заболело горло и выступили слезы.
- Еще.. налейте немного молока.
Веллиор хмыкнул и поставил на стол кувшин.
- Я слышал, что ты пива хотела. Выпить хошь? И зачем тебе этот Шмыга? Должен что ли? Так он тут всем должен.
"Блин, что делать, что делать, что делать!!! Так, успокойся, всё в порядке, никто тебя не будет убивать сейчас..."
Дрожащими руками она схватила кувшин, наполнила стакан и выпила его, не прерываясь.
- Мы должны были пойти грабить несколько домов!
Звонкий голосок громко прозвучал по всему залу. И тут до неё дошло, что она выпалила в панике. Спрятав лицо в ладонях, она тихо начала сползать вниз.
"Дура-а..."
- Да уж. Он сам струхнул. Особенно твоего телохранителя увидев. Жди, я сейчас. Да и пиво пей, тут еще много осталось.
Веллиор поднялся и пошел в дальний угол, где обычно собирались отбросы криминального мира. Найти среди них Шмыгу не составило большого туда. Схватив за шкирку невысокого, но коренастого мужичка, Веллиор вернулся с ним за столик.
- Итак, что за дела? Кого грабить будем?
Шмыга заерзал на стуле. А потом выпил пива чихнул и осклабился.
- Есть пара- тройка богатеев. Скоро ярморка в Подберезовиках. У них там хаты. Туда приедут с товаром и бабосами. Я пошел бы один, но там охраны по шесть челов, или не челов, плюс у одного маг. Так что либо грабим вместе, либо компенсируйте неуважуху…
- Врешь, урод! Подберезовики маленькая деревушка! - рявкнул Веллиор.
- Смотря с кем торгуют. Не все товары в Лассо везут! - парировал Шмыга.
Пока Шмыга рассказывал все, Минарина допивала кувшинчик. Страх отступил, и вместо него теперь пошла наглость. Перегнувшись через стол, она схватила Шмыгу за шиворот - ножки девчушки принялись болтаться в воздухе.
- Я тебе сейчас покажу... Ик! Компенсациру... Компенсиру... Я покажу тебе как деньги требовать! Ик! Показывай куда идт.. Буээ...
Кувшина пива оказалось многовато для организма, и он не замедлил себя проявить - её просто-напросто вырвало на воришку. Пить на пустой желудок вышло не лучшей идеей. Пискнув что-то извиняющееся, он выскочила во двор, вернувшись оттуда уже несколько побледневшая, с заплетающимися ногами, но в целом нормальная. Почти.
- Ну вот, довел девушку, - Веллиор посмотрел на приближающуюся страдалицу. - Эй, подлечить?
- Вот, нашел на свою голову напарников! - пробурчал Шмыга.
- Нет, не надо... Я счас... Сама...
Трясущимися руками девушка схватилась за ожерелье, как утопающий за спасательную лодку, и принялась на ощупь перебирать гаечки. Нащупав одну из них, она следка сжала пальцами её. Через секунду та осыпалась железным песком на пол, а порозовевшая девушка вздохнула с облегчением.
- Я в порядке. Когда идем? И куда именно?
Страх пропал, как и нездоровое состояние организма. Осталась лишь неприязнь к этим двоим. Особенно к Шмыге. Он не нравился. Абсолютно
- Завтра утром. - ответил Шмыга- День на дорогу, да чтобы осмотреться. А там и ярмарка начнется, гости приедут.
- Тогда завтра утром тут и встретимся, - подвел итог Веллиор. - Нужно хорошо отдохнуть.
Он поднялся и, взяв еще кувшин пива пошел наверх.
- Ты где его подобрала? - Злобно прошипел Шмыга. - Ты хоть знаешь кто он?
Здоровяк исчез наверх, в свою комнату, и страх пропал вместе с ним. Осталось разобраться лишь с... этим...
- Альфредо - взять!
Доспех послушно вытянул руку и поднял незадачливого вора за шкирку, как маленького котенка.
- Ты, слушай меня внимательно, если жить не надоело. Хоть пикнешь в мою сторону что то, что мне не понравится или сделаешь глупость - я тебя зажарю как свинку, понятно? Отпусти, Альфредо!
Вор упал на пол, и Минарина тоже пошла наверх искать свободную комнату. Впрочем, она не отказала себе в маленьком удовольствии - остановившись возле воришки, она с размаха пнула его по ноге. Учитывая, что подошвы у ботинок стальные - осталось лишь надеяться что будет ушиб. Довольная таким поворотом, она ушла.

Отредактировано Джек Фонарик (2015-02-23 14:52:49)

Если бы среди посетителей таверны нашлись бы любопытные, не обремененные пищей или бурлящей жидкостью в кружках, то, возможно, они бы обратили внимание на то, что в этот раз скрип раздался не от двери, а от незаметного оконца где-то в конце общего зала. Потревоженная древесина протяжно охнула, но поддалась и впустила в теплое нутро таверны сгорбленную фигуру, с ног до головы укутанную в темный плащ. Гость, стараясь быть незаметным, тихо лавировал между столиков, пробираясь к барной стойке. Тихо. Очень тихо. До тех пор, пока из-под капюшона не появилась довольная чешуйчатая физиономия и, вращая головой словно сова, завопила:
- Ну, куда ты тащишься? Левее правь! Кому говорят – ЛЕВЕЕ! О, смотри-ка, свежая оленятинка, - черный коготь подцепил с мелькнувшей тарелки большой ломоть мяса и кинул в пасть, затем из под капюшона вылезла лапа, схватила у захмелевшего крестьянина кружку пива и ласково погладила по её покатому боку пальцем.
Тем временем гость, ни на секунду не прекращая своего пути, резко повернул и оказался около одного из угловых столов. Подвигал стул, поворчал, заметив нечестно приобретенную кружку, и скинул плащ.
- Ну что же ты, Фар, - мягко сказал, гость, а он оказался девушкой, на плечах которой как раз и сидел чешуйчатый дракончик. – А если дяденька обидится и решит превратить тебя болотную ящерицу?
- Ну ты же ведь расколдуешь, Пан. Потому что ты меня любишь, без меня жить не можешь, я твоё солнце и звезды, свет в окошке, радость жизни, смысл бытия, - разливался соловьем чешуйчатый, осторожно, чтобы не пролить из кружки ни капельки драгоценного напитка, слезая на стол. Впрочем, говорил он скорее обращаясь к добытой жидкости, и, пробежав раздвоенном язычком по краю посудины, принялся дегустировать, ни на что больше не отвлекаясь.
Пангур неопределенно хмыкнула и, запустив руки в бездонную сумку, выудила на свет внушительных размеров книжный талмуд в потрепанной обложке. Из книги торчали закладки, куски страниц и корешки растений, а местами виднелись комочки странноватой слизи и плесень. Она с глухим стуком опустилась на стол, и сразу, будто повинуясь неозвученному желанию хозяйки, открылась на нужной странице. Сереброволосая склонилась над ветхими листами и тут же углубилась в чтение, изредка чему-то ухмыляясь.

Дракон выпустил из лап кружку и сыто икнул. Посмотрел по сторонам, заскучал. Снова посмотрел по сторонам. А затем аккуратными перебежками, прячась за кружкой приблизился к читающей Пан и нежно, словно колыбельную, выразительно зарычал на Справочник. Книга встрепенулась, яростно зашелестела страницами, выпустила пару язычков-закладок и с силой, нехарактерной для древней литературы, взмыла к потолку.
С этого момента для девушки все слилось в однообразную картинку и единственное, что она успела сделать, это мертвой хваткой вцепиться в хлопающую по воздуху обложку. Пару раз перед лицом Пангур мелькала люстра и чернели лица испуганных посетителей, чей-то неосторожный нож вспорол одежду, оставив длинную царапину на голени, а в сапог попыталась вонзиться трехзубая вилка. Затем она почувствовала мягкий толчок воздуха, и как окончательно в кого-то врезается.
- Гадина хвостатая, - прошипела Пан, с трудом разжимая руки и потирая ушибленные места. Взгляд сам по себе переместился на «жертву», а глаза испуганно округлились. – Ой… Извините, я случайно.

- Случайно по комнатам не летают! Что за безалаберность? – привыкнувшим за время жизни у оборотней слышать даже тихие шорохи ушкам Пан, речь мужчины казалась необычайно громогласной. Она скептически пожала плечами и потянулась за книжкой, вкладывая обратно выпавшие страницы. Одна из строчек её сильно заинтересовала и девушка по привычке погрузилась в чтение, очнувшись на одном из отрывков речи незнакомца. - … кто только придумал зачаровывать книгу на перемещение?
«Ха! Он серьёзно считает, что способности книги всего лишь чей-то дурной магический фокус?», - подумала Пангур, и ехидный полуоскал растянул её губы. Хоть какой-то забавный момент в этой ситуации.
- Ну мы же извинилииись, - лениво протянул внезапно появившийся чешуйчатый, а затем, галантно протянув все ёщё сидящей на полу спутнице свою лапку с черными когтями, поцокал языком. – Ай-яй-яй, какая же ты неосторожная, Пан. Расстроила такого прекрасного… Ээээ… Эээээ… Уважаемый, а у Вас какое-то мерзкое пятнышко на штанах, прям вот тут.
И другая чешуйчатая лапа ткнула по направлению одной из штанин пострадавшего. При этом, и дракон, и уже поднявшаяся и твердо стоящая на ногах сереброволосая, имели одинаковое выражение скорби и участия, и в их намерения скорее всего поверили бы, если бы не глумливые искорки в глазах дракона и ухмылка на лице недонежити.